Онкология. Как это пережить?

Помощь онкопсихолога...

Помощь этих специалистов остро необходима онкобольным, но еще не включена в тарифы ОМС. В большинстве случаев они альтруисты, поэтому они сами приходят к своим потенциальным подопечным и предлагают помощь. Они всегда ценят возможность собраться вместе не только для того, чтобы обсудить проблемы, но в первую очередь для того, чтобы придумать новые эффективные формы помощи, чтобы поделиться опытом и поддержать единомышленников-коллег.

С 7 по 9 ноября в Москве проходил XI Всероссийский съезд онкопсихологов – дискуссионная площадка для специалистов, работающих с онкологическими пациентами. В этом году мероприятие объединило более 300 медицинских психологов, врачей-онкологов, специалистов по медицинской реабилитации, представителей научного сообщества и некоммерческих организаций из 54 городов и 9 стран.

Екатеринбург на съезде представляла сестра милосердия и онкопсихолог Татьяна Александровна Гашева, которая вот уже пять лет приходит в Областной онкоцентр, чтобы поддержать своих подопечных.

Онкопсихология как направление выделилась около 25 лет назад. Основные задачи онкопсихолога: поддерживать пациента и его близких на всех этапах заболевания, помогать пациенту и его семье адаптироваться к болезни, перестроить свои приоритеты, выработать мотивацию к выздоровлению. Онкопсихолог не лечит, а помогает изменить качество жизни подопечного в лучшую сторону.

– В работе с человеком, тем более с тяжелобольным, нужна и теория, и практика. Нельзя просто прочитать учебник, вооружиться знаниями и быть уверенным, что ты будешь полезен подопечному. С каждым подопечным приходится нащупывать свой индивидуальный путь работы, импровизировать. Но как в театре хорошая импровизация должна быть детально продумана, так и в нашем деле требуется подготовка. На съезде интересны как доклады, так и практические формы работы. Ты как бы сверяешь курс и при этом пополняешь свой арсенал приемов.

В прошлом году по возвращении со съезда мы начали работать над информационной брошюрой для пациентов, в которой перечислили все организации Москвы и Екатеринбурга, которые помогают взрослым онкологическим больным. Затем в течение года родились еще несколько брошюр для самих больных и их родственников. В этих изданиях мы пошагово прописали, что следует делать после постановки диагноза, как можно поддержать больного, на что обратить особое внимание. И несмотря на формат, подразумевающий краткость и четкость изложения, мы обозначили взаимосвязь болезни и мировоззренческих вопросов.

Съезд онкопсихологов – мероприятие светское. Основное внимание уделяется работе с душевным состоянием больного. Однако и на этом уровне (на уровне души) не обойти вопросы смысла жизни. Например, психотерапевт, логотерапевт и психоонколог Гаральд Мори (Австрия) сравнил жизнь человека с отрывным календарем. Для австрийцев, кстати, такой календарь – явление непривычное. Каждая страничка такого календаря содержит массу информации: тут и дата, и время восхода и захода солнца, и информация о луне, и важные даты, и цитаты. В детстве «календарь жизни» достаточно толстый, потом он теряет свои листочки. Но если проживать каждый «листок жизни» по полной, то не важно, какой толщины твой календарь. Твоя жизнь будет наполнена смыслом, который поможет пережить и болезнь в том числе.

Образ сильный, наглядный, но весь вопрос в том, как без опоры на веру реализовать такой подход к жизни? Как помочь человеку неверующему обрести устойчивый смысл жизни? Задача очень сложная. Когда мы с братом милосердия Евгением Кисловым общаемся с нашими подопечными, так или иначе мы выходим на эти вопросы. И приходится говорить о том, что наша жизнь на самом деле устремлена в вечность, что смертью она не заканчивается и так далее.

Конечно, в разговоре с подопечным мы не сразу выходим на эту тему. Жил человек, планировал, суетился и вдруг – диагноз, больница, иной мир, иные задачи, даже запахи иные. Если подопечный растерян, подавлен, если он переживает боль, страх и другие сильные негативные эмоции, то именно с этим и нужно сначала поработать. Мы стараемся внимательно слушать говорящего, и если есть в его словах боль: «за что? почему я?», то говорим о том, что у каждого человека в жизни свой крест: у одного болезнь, у другого проблемы с детьми, у третьего предательство и так далее. Это обстоятельства нашей жизни, которыми можно мучиться, а можно их учитывать и жить дальше. Надо напомнить человеку о том, что он может преодолеть этот кризисный период, что у него есть возможность опереться на родных, на свой багаж опыта, на специалистов (в том числе психолога и священника), на опыт людей, которые уже пережили болезнь.

С верующим человеком, конечно, говорить в разы легче, так как он знает о греховной поврежденности мира, о том, что «многими скорбями надлежит войти нам в Царствие Небесное» (Деян. 14, 22). И уж конечно, верующий опирается в первую очередь на помощь Бога.

Иногда пациенту помогает разгрузиться не только беседа с психологом. Есть такая особенность: если человек впал в ступор, ему нужно слегка пошевелиться, чтобы мозг вновь стал работать. Так и в нашем случае: иногда нужно практически что-то сделать. Это может быть арт-терапия, когда эмоции выражаются через рисунок. Это может быть паломническая поездка, во время которой проживаются тяжелые мысли и переживания. А в Казахстане, например, онкобольные могут попасть на занятие с дельфинами. Общение с этими замечательными животными дает мощный положительный заряд эмоций, который становится противовесом негативу.

Основная проблема онкопсихологии сегодня – это то, что она не включена в систему медицинской помощи. Слава Богу, что екатеринбургский онкоцентр принял когда-то решение взаимодействовать с Православной Службой Милосердия, и у нас появилась возможность приходить к подопечным. Мы можем предоставить психологическую, информационную помощь, можем по желанию подопечного организовать для него встречу со священником, участие в Таинствах Исповеди и Причастия. Это важно, и мы рады такой возможности. Ведь пациент – это не набор болячек и органов, это живая душа, страдающая, ищущая утешения и поддержки.

На всю страну всего девять тысяч онкологов, при том что в стране больше трех миллионов больных. Это огромная нагрузка на врачей, которые в потоке работы могут и не найти силы на то, чтобы думать об эмоциях и переживаниях больного.

Причем в помощи нуждаются и сами врачи, взаимодействующие с онкобольными. Ведь рак – это не перелом, на который нужно наложить гипс, подождать и через некоторое время констатировать выздоровление человека. Рак трудно вылечить, он уходит в ремиссию и возвращается в более сложных формах. Врач борется с болезнью, подбирает терапию, но бывает побежден, поэтому ему тоже нужно оказывать поддержку во избежание профессионального выгорания.

Например, в некоторых лечебных учреждениях России специально для врачей проводятся так называемые балинтовские группы. Этот метод групповой тренинговой работы направлен на выяснение отношений «врач – больной». Пациент переносит на врача определенные отношения, эмоциональные и поведенческие стереотипы. Иногда пациент не готов, не может или не хочет говорить о своих проблемах врачу, который ориентирован на быстрое оказание помощи. А иногда сам врач не готов (в силу эмоциональной опустошенности) вникнуть в особенности пациента. При работе с психологом врач может прояснить свои чувства и отношение к пациенту и то, как он на самом деле воспринимает больного в частности и свою профессию в целом.

Было бы просто замечательно, если бы в Екатеринбурге удалось организовать Службу помощи онкологическим больным, в которую входили бы не просто врач и сестра по уходу, но и социальный работник, юрист, онкопсихолог. Было бы здорово, если бы психологов, которым интересна такая область применения своих знаний и опыта, было больше, и чтобы их деятельность поддерживалась Министерством здравоохранения. По крайней мере, чтобы лечебные учреждения стали более открыты для сотрудничества с онкопсихологами.

Требование к онкопсихологу сегодня очень высокие. Во-первых, это профессионализм. Пациент должен быть защищен от непрофессионализма психолога, который своими методиками может нанести еще большую травму больному. Во-вторых, это четкое понимание, зачем человек идет в онкопсихологи. Хочет ли он помочь больному или бессознательно пытается защититься от собственных страхов и неврозов на тему рака. В-третьих, это погруженность в тему. Специалист должен быть в курсе современных психодиагностик, которые можно посоветовать больному, родственнику и врачу. Он должен уметь распознавать опасные для пациента суицидальные настроения. В его арсенале должны быть конкретные факты, истории, события и даже притчи, с помощью которых он смог бы найти ключ к разговору с разными пациентами. И так далее. Самое утешительное – это то, что можно всему этому учиться как в Москве, так и в Екатеринбурге.

Желаем Татьяне Александровне найти единомышленников-коллег, готовых заниматься помощью онкобольным. Это могут быть как профессиональные психологи, так и добровольцы, для которых в Областном онкоцентре всегда находится дело по силам. А самим больным и их родственникам от всей души желаем крепости телесной и душевной, а также правильного проживания болезни с Божией помощью!

Если вы хотите получить буклет или обратиться к православным психологам, специализирующимся на работе с онкобольными и их родственниками, звоните по телефону диспетчера Православной Службы Милосердия в Екатеринбурге (343)200-07-04.

Читайте в тему:
Изменить отношение к болезни и открыть окно в небо

Можно ли победить рак? История одной заболевшей девушки

Было больно и страшно, а потом в палату зашла сестра милосердия

Нарисуй свой страх. В областном онкоцентре сестра милосердия проводит арт-терапевтические занятия

Диагноз «рак». Первые шаги на пути к победе

Призыв ангела. Записки сестры милосердия в Областном онкологическом центре

Всероссийская круглосуточная бесплатная линия психологической помощи для онкологических больных и их близких: 8-800-100-0191

14 ноября 2019г.
Просмотров: 374