Нечаянное добровольчество

История Службы в лицах. Полина...

За плечами совсем еще юной девушки магистерская диссертация по экономике. В настоящем аспирантура, написание кандидатской, успешные научные публикации, награды и ответственная работа заместителем декана по учебной части экономического факультета УрГПУ. Можно только радоваться, если к карьерным успехам добавить главное – призвание. Но его Полине еще только предстояло найти.

Представляем вторую зарисовку из серии добрых портретов к 10-летию Службы добровольцев Православной Службы Милосердия Екатеринбургской епархии.

Полина Чухланцева возглавляла Службу добровольцев с 2013 по 2015 год. В это время Служба добровольцев уже насчитывала около 500 человек. За вклад в развитие добровольческого служения награждена медалью святой Екатерины 3 степени.

– Я стала добровольцем в 2011 году. В то время я просто не знала, что делать с мучившей меня скукой и унынием, не видела смысла в жизни, все было пустое: дискотеки, вечеринки, посиделки в кафе. Они давали временное веселье, награды временно тешили самолюбие, а потом тоска возвращалась с новой силой. Я поняла, что нужно что-то менять, но не знала, что и как.

Как-то раз я увидела по телевизору выступление священника, который так интересно рассказывал о добровольческой службе, что мне не составило труда ее найти. Первая же поездка в дом-интернат для детей с отклонениями в развитии перевернула мою жизнь.

Внешнее впечатление от учреждения было противоречивым. С одной стороны, специфичный запах, дети, качающиеся на полу, иногда вскрики, странные лица и странное поведение. С другой стороны, живые и очень интересные детки. Хорошо помню нашу первую встречу: очень волновалась. С чего начать? Нужна была смелость и решимость, а тут страшно – и все… Меня поддержал наш замечательный доброволец Александр Дубровский. Мы пришли в группу, сели на диванчик и просто стали знакомиться. Во второй раз – читали сказки В. Сутеева. Саша тогда сел на стульчик, ребятишки обступили его со всех сторон и слушали. И я поняла, что к этим детям нужно просто приходить в гости, как к братишкам и сестренкам. И вовсе не надо придумывать для них какую-то конкретную большую программу. И уж, тем более, искусственно выстраивать отношения.

Оказалось, что в жизни есть скорбь, которая раньше меня просто не касалась. И я не была готова с ней встретиться. Я решила там побывать еще раз, потом еще раз, а через некоторое время стала координатором добровольцев в этом учреждении. И здесь я открыла для себя новый, настоящий мир. Оказалось, что окружающие меня ребята (уже не малыши по возрасту, но зачастую малыши по развитию) совсем не такие жалкие и несчастные. Да, это инвалиды, вероятно, у большинства из них никогда не будет семьи, они никогда не смогут работать и путешествовать по миру, никогда не узнают, что такое полет на самолете или погружение с аквалангом. Но именно эти дети умеют совершать чудеса!

Они научили меня по-настоящему радоваться жизни, просыпаться каждое утро и благодарить Бога, что у меня есть две руки, две ноги, ум, глаза и уши. Они оказались гораздо счастливее нас, здоровых. Потому что они не видят грязи, они весь мир видят чистым и прекрасным. И от них я выходила каждый раз как на крыльях. Так я писала кандидатскую и ходила к этим детям, и постепенно переосмысляла жизнь.

Когда мне предложили стать сотрудником Православной Службы Милосердия, возглавив добровольцев, я подумала: «Зачем?! Мне же очень нравится моя работа в университете со студентами!». Но потом все чаще я стала задумываться, где я могу больше пользы людям принести? Сердце вело к детям. А еще было неиссякаемое удивление по поводу добровольцев, многие из которых стали моими новыми друзьями. Не удивительно ли, когда директор серьезного предприятия приезжает на патронажный адрес, чтобы сделать одинокой бабушке генеральную уборку?! Не удивительно ли, когда семейные люди в свой выходной день едут в дом престарелых, чтобы пообщаться с подопечными, помочь им выбраться на прогулку, побриться или в доброй компании, а не в спешке пообедать?! Я, наконец, нашла людей, с которыми мы были едины по духу. С огромной теплотой вспоминаю наши добровольческие паломнические поездки в Савино, Тарасково…

В это время в Православной Службе Милосердия активно появлялись новые направления: «Семья», Отдел просьб, Служба доставки и открылся Центр гуманитарной помощи, где начали фасоваться продуктовые наборы для нуждающихся. Добровольцы были нужны везде.

А иногда подопечные появлялись совершенно неожиданно. Так с легкой руки Полины началось сотрудничество с детскими отделениями областной психиатрической больницы. Полина собиралась позвонить в дом-интернат для детей-инвалидов, чтобы договориться о проведении творческой мастерской. А случайно позвонила воспитателю детского отделения психбольницы. Та с удовольствием приняла предложение «прийти и позаниматься с детьми», в назначенное время собрала детей, рассказав им о том, что «сегодня к нам придут интересные гости». Время шло, гостей все не было… В доме же интернате для детей-инвалидов, куда пришли добровольцы, гостей совсем не ждали. Когда ошибка разъяснилась, команда добровольцев решила, что обмануть ожидания детей в психбольнице не могут. Они собрали альбомы, раскраски, карандаши и краски и отправились к ребятам – так все и началось. А сегодня в учреждение приходят не только добровольцы – здесь открыт сестринский пост милосердия.

– Полина, как сегодня ты видишь смысл добровольчества?

– После нескольких лет, проведенных вместе с добровольцами, я твердо убедилась, что главное в деле милосердия – это не спасение всего мира, не широта охвата нуждающихся, не количество вымытых полов и окон на патронажных адресах или в учреждениях. Главное – это быть внимательным к конкретному человеку, которому ты оказываешь помощь. Зачастую гораздо важнее провести с ним время, послушать о его жизни, пусть он даже тебе о ней говорит в сороковой раз, как заново, попить с ним чай, взять за руку, приобнять, приободрить, поделиться душевным теплом. И пусть это займет всего один час, но человек после этого часа преображается, благодарит, целует руки и говорит: «Это самый важный день в моей жизни». В этом и есть смысл деятельности благотворительных организаций, в этом и есть главная помощь. То есть добровольцы нужны, чтобы наполнить жизнь некоторых людей смыслом, а не только большим комфортом.

Но такой распространенный мотив, как «изменить мир к лучшему», сам по себе просто не жизнеспособен в нашем служении. Здесь придется столкнуться не только со скорбью и с трудностями подопечного, но и прежде всего увидеть самого себя «во всей красе».

– Почему однажды ты решила уйти из Службы добровольцев?

– Наверное, это показалось резким, быстрым решением. Но однажды я поняла, что у меня нет сил. С одной стороны, был мой личный кризис, связанный с переосмыслением моего места в добровольчестве. С другой стороны, на мне были обязательства, и я никак не могла понять, что если я их сложу, то меня никто не осудит. Самая частая ошибка добровольца – это пытаться помочь везде: и в детском направлении, и в доме престарелых, и на адресах, и на акциях. И многие это делают не потому, что им реально везде интересно, а потому что человеку просто неудобно отказать, он же подписался на доброе дело. Я тоже почему-то не могла сказать: «Нет, сегодня я не могу. Это мне не по силам».

После того, как решение было принято, меня по-прежнему тянуло к деткам. Хотелось заниматься, радоваться, открывать мир, учиться вместе с ними. Я по характеру «детский человек», то есть люблю учиться. Меня вновь выручили дети. Сегодня я работаю в православном детском садике – и это мое счастье!

А добровольчество в моей жизни осталось, только оно стало неофициальным: без красных футболок, собраний, акций и отчетных фотографий. Не каждый может быть официальным добровольцем, то есть состоять в некой организации. Мне не нужно далеко ходить, чтобы найти доброе дело. Жизнь подкидывает мне ситуации, в которых я могу кому-то помочь, и я помогаю, только теперь это никому не известно. Господь все устаивает. И мне больше нравится такое «нечаянное добровольчество».

Продолжение следует

12 марта 2020г.
Просмотров: 395